…На сцене Центрального Дома художника «Барокко» давал мелодраму «Орфей». Текст Я. Княжнина написан в 1763 г., в это время античный миф об Орфее и Эвридике был необычайно популярен, существовало множество сценических версий и наряду с воспеванием силы чувств влюбленного Орфея основной акцент все же делался на всепобеждающей силе искусства.

Фракийский певец Орфей так искусно владел лирой, что смог вызволить из подземного царства возлюбленную жену Эвридику, умершую от укуса змеи. Чудесные звуки лиры Орфея укрощали диких зверей, сдвигали с места растения и камни, растопили и сердце самого царя Плутона. Он вернул Эвридику, но с условием, что пока не покинут они ворот царства теней, Орфей ни разу не оглянется на тень жены. Не выдержав ее упреков в холодности, Орфей оглянулся — и в тот же момент неистовые фурии навсегда увлекли Эвоидику в подземное царство. Трагический финал не нравился современникам Княжнина, и потому сценические спектакли шли всегда со счастливым концом — Эвридика возвращалась к Орфею.

Казалось бы, стиль Княжнина излишне торжествен, даже высокопарен, изобилует прямыми обращениями, восклицаниями:

«Прельщен прекрасной Эвридикой,
И ею я равно любим»,
«Почувствуй, о, Плутон, мучения мои!»
«Нет, боги лютые!
Не в ваших это силах…»
«Обратно сей вам гнусный дар вручаю,
Мечом свою я жизнь скончаю!»
«Я жизнь любил, чтобы супруги
не лишиться!»

Но актеры Р. Суховерко (Орфей) и Н. Минаева (Эвридика) не стремятся «приблизить» текст к нам, и оркестровое сопровождение музыкантов всего-навсего «изображает» фон, на котором развиваются события мифа. (Вспоминаю забавную реплику Попкова на репетиции: «Изображаем голос богов!».) Но именно благодаря исполнителям происходит чудо соприкосновения с вечностью. Эта мелодрама становится нам близка и понятна, потому что ее с глубоким почтением к творчеству наших предков прочитали подвижники из «Барокко».

Именно так — подвижничество — иначе не назовешь огромную работу ансамбля над развитием музыкальной культуры в стране.

© Нет Попсе - www.no-pop.ru