— Фуат Шакирович, и все-таки, с чего (бы вы начали переубеждать людей, которые утверждают, что классическая музыка свое отжила, она их не трогает, им неинтересна?

— Я задал бы им вопрос: вы читали «Анну Каренину» и «Войну и мир»?

Интеллигентный человек постесняется сказать, что не читал, а вот про музыку — «я в ней профан» — многим не стыдно говорить. А это, между прочим, в наше время такое же свидетельство невежества, как в Древней Греции было признание в том, что человек не умеет плавать. Пьесы рок-музыки, которой так увлекается молодежь, это однодневки, щекочущие нервы и не требующие напряжения ума при восприятии. На этот ритм перекладывают и серьезную музыку, желая приобщиться к классике.

Интонации никого не волнуют. В Америке, вы знаете, можно купить великие романы Льва Толстого, уменьшенные до размеров брошюры, где в нескольких словах выражается идея произведения и прослеживается канва событий. Точно так можно приобрести диск, где на одной стороне «уместились» все симфонии Чайковского, или пластинку, где на фоне барабанного боя звучит увертюра к «Севильскому цирюльнику» и последовательно иллюстрируются основные темы оперы. Все эти издания годятся разве что для того, чтобы проводить концерты-загадки для молодежи, а настоящая музыка требует слушателя подготовленного, развитого, умного.

Что посоветовать таким людям? Начать ходить на концерты классической музыки, попытаться вникнуть, понять, что же там происходит. Пусть вначале это будут знакомые вещи — «Танец Маленьких лебедей» из «Лебединого озер£» или вальс из «Маскарада», вальс из «Cпящей красавицы» или всемирно известная сегодня мелодия Свиридова к киноповести Пушкина «Метель». Эффект узнавания вещи рождает чувство благодарности к музыкантам, уважение и доверие к ним. И постепенно человек начинает если не любить, то понимать, что классическая музыка — это такая эмоциональная сфера, погружение в которую доставляет гораздо большее удовольствие, чем эстрада. И повторюсь, надо учиться слушать настоящую музыку.

Когда я отправляюсь в горы, обязательно беру с собой трубу или флейту. И вот как-то я на привале уединился, играя мелодию из оперы «Аида». Ко мне подошел человек, далекий от музыки: «Какое наслаждение слушать, как будто с небес спускается музыка!.. Так и хочется, чтобы она не кончалась…» О чем говорит это признание? Об умении чувствовать и понимать искусство.

© Нет Попсе - www.no-pop.ru