Наш разговор о камерной музыке начался с художественным руководителем ярославского ансамбля «Барокко» заслуженным артистом И. В. Попковым с того, что я попросила его прокомментировать письмо десятиклассника, недоумевающего, как это взрослые смеют рассуждать о том, какая музыка хороша, а какая плоха?

«И не навязывайте нам своих «старческих» взглядов, слушали и будем слушать «легкую» музыку! — писал школьник, имея в виду и тридцатилетнего корреспондента молодежной газеты, выступившего по проблемам современной музыки. Подписано письмо было коротко — Рокер.

— Вы знаете, для человека, музыкально образованного, мода на музыку не существует, — говорит Игорь Васильевич, — и когда наблюдаю за молодыми, которые гоняются сегодня за одними, а завтра за другими записями, — смотря, что «модно»! — вижу, как неразвит их вкус. Вот, например, сегодня в модной «программе» — итальянский рок. Спрашиваю у младшего сына, пятиклассника, чем же он ему дорог, напевает-то он, занимаясь чем-нибудь по дому, мелодии из Вивальди? «А-а, все увлекаются, вот и я, а Вивальди — вещь!» Вот оно что! Вырабатывается стереотип музыкального восприятия, человек еще не умеет правильно мыслить, но не хочет отстать от других и начинает глотать то, что ему преподносится. Примерно в таком духе поговорили мы с сыном недавно и на другую тему: «Скажи, ты куришь?» — «Пробовал, все же курят». И виновато глядя на меня, добавил: «Как ты не понимаешь, откажешься — обзовут трусом».

А ты не подумал, говорю, что трусость — это как раз неумение защитить свое мнение, неспособность поступить по-своему, а вот если бы ты воспротивился, сказав «а я не хочу, мне это не нравится», можно было бы говорить о смелости, а значит, о личности в тебе.

А если всерьез задуматься, что же такое «легкая музыка»? Да всю классику, если захотеть, можно разделить на серьезную и легкую. Серьезная музыка прежде всего та, которая заставляет задуматься. Слушая ее, человек переживает огромный комплекс чувств, которые владеют им в жизни, но и в ней вполне может встретиться «легкий» отрывок, который позволит расслабиться. Право на существование имеет любой вид искусства, на протяжении веков происходит накопление, отслаивание, взаимопроникновение, и вдруг жизнь преподносит нам образец высшей, неподражаемой духовности. Вот во времена Пушкина творили, наверное, не меньше тысячи поэтов, а остался он один. И точно так из огромнейшего семейства Бахов на сияющие вершины творчества поднялся один Иоганн Себастьян.

Гармонически самая насыщенная музыка, конечно, у Баха, в его такте слышится столько гармоний, как ни у кого. До понимания этого композитора только начинаем доходить: 200 лет назад человеческое ухо было не подготовлено к восприятию его музыки. Однако такую «высоту» может воспринимать и человек, специально не подготовленный, но чуткий к прекрасному. Мне не забыть, как лифтерша в нашем доме, приложив палец к губам, повелела мне однажды не шуметь и указала на радиоприемник: «Святая музыка»… Играли Моцарта, и простая женщина нашла именно эти слова, чтобы определить музыку, способную очищать душу.

…Неравнодушная отповедь, не правда ли? И именно она помогла мне понять музыканта, счастливой судьбой которого стала настоящая исследовательская деятельность. Потому что многое из того, что прозвучало на концертах камерного ансамбля «Барокко» за 19 лет, предстояло открыть, найти, восстановить в первоначальном облике — ведь «Барокко», оправдывая свое название, исполняет в основном музыку XVIII в.

© Нет Попсе - www.no-pop.ru